За 14 лет работы в национальной команде России Евгений Савин пережил с ней взлёты Евро-2008 и ЧМ-2018 и два потрясения.
— Расскажу. 2007 год. Я учился на четвёртом курсе МГИМО, факультет международной журналистики, отделение связей с общественностью. В один прекрасный день ко мне подошла однокурсница: «Есть такой тренер, слышал?» Разве мог я, фанат футбол а, о нём не слышать? Тем более Гус уже какое-то время работал в России.
Оказалось, Хиддинк ищет помощника и переводчика в одном лице. Спросила: «Тебе было бы интересно?» — «Что за вопрос, конечно!» Потом девушка пропала на несколько недель, если не на месяц. Я уже и забыл об этом разговоре, как вдруг приходит и говорит: «Завтра тебе нужно подъехать в Российский футбольный союз на собеседование». Офис РФС тогда располагался на Лужнецкой набережной, в одном здании с ОКР. Собеседовали меня Пётр Владимирович Макаренко, коммерческий директор РФС, и Сергей Геннадьевич Прядкин, генеральный директор . Они вкратце объяснили круг обязанностей: во всём помогать, переводить Гусу. Поговорили — и опять большая пауза. Я уже думал, что, наверное, не подошёл, не понравился. Сосредоточился на сессии. И тут звонок.— Не помню точно: то ли Макаренко, то ли Бородюк. «Завтра в 10 утра ждём тебя в отеле «Арарат Парк Хаятт». Это, как известно, было место дислокации Хиддинка во время работы в сборной России. Вот тут уже пульс ушёл в красную зону, ха-ха! Разнервничался серьёзно, полночи не спал.— Как сейчас помню все ощущения, потому что было очень волнительно. Мне 21 год, я хороший, но всего лишь студент, а меня приглашает один из лучших тренеров мира. При этом каких-то обширных вводных не было. Самому нужно было представляться, знакомиться. Я примчался пораньше, сел в фойе. Подъехали Бородюк с Корнеевым, но я к ним постеснялся подойти. И тут со второго этажа спускается Гус… Тогда я впервые ощутил эту его уникальную особенность — умение расположить к себе и создать атмосферу.Фото: Александр Сафонов, «Чемпионат»— Отвёл в сторонку: «Что будешь, чай, кофе?» А я впервые в жизни в такую гостиницу попал. Когда официант меню принёс, сказал, что пока возьму паузу, ха-ха. Понятно, что мне родители помогали, мне было где жить, есть, спать, но при стипендии 1200 рублей позволить себе лишнего я не мог. Гус расспросил, где учусь, кто родители. Я напрасно переживал за язык — у Хиддинка оказался прекрасный английский, и манера речи размеренная. Думаю: «Так, всё понимаю — уже хорошо, начало неплохое». 10-15 минут поговорили, потом подсели Бородюк с Корнеевым. Гус попросил: «Подожди, сейчас спустится Элизабет . Хотим съездить на вернисаж-рынок живописи». Сели в его Range Rover, я на стрессе, но водитель Миша меня сразу успокоил: «Не переживай, они нормальные ребята». Мы побродили в ЦДХ, Гус купил какую-то картину: то ли советский почтамт 1930-40-х годов, то ли что-то такое. Таким было моё первое рабочее задание.— Через какое-то время Гус улетел. Он же в России наездами жил: приедет на уикенд, посмотрит матчи — и домой. Недели две мне никто не звонил. Ну, думаю, зачехлили. У меня же ещё ни контракта не было, ничего. А потом звонит Александр Генрихович — со своего знаменитого скрытого номера: «Евгений, это Бородюк. Завтра нужно ехать в Питер». А у меня сессия, и я совершенно не был готов к такому развитию событий. Но надо — значит, надо. Поехали за день-два до команды поездом — втроём с Гусом и Арно Филипсом, физиотерапевтом.— Гус хотел лично проверить поле на «Петровском» и условия проживания. Первый раз в жизни я заселился в пятизвёздочный отель. А на следующий день пережил ещё одно приятное потрясение, встретив в «Коринтии» всех кумиров, которых раньше видел только по телевизору, — Сычёва, Билялетдинова, Аршавина. Тогда ещё Гус меня команде не представлял. Андорру мы тогда обыграли с хет-триком Кержакова, а на выезд в Хорватию я не полетел. Хиддинк попросил организовать культурную программу в Питере Элизабет и её друзьям-голландцам. Это был уже первый серьёзный рабочий опыт.— Моя должность формально называлась personal assistant. Всю спортивную часть — тренировочные моменты, установки — Гусу переводил Игорь Корнеев. Он блестяще владеет английским, знает нидерландский язык. Александр Генрихович с Хиддинком по-немецки общался. Меня же Гус привлекал к переводу на пресс-конференциях, в общении с журналистами и при личных поручениях, связанных с семьёй. Какое-то время он ко мне присматривался, всё-таки футбольный коллектив — довольно специфическая история, а перед Евро-2008 приблизил к команде, стал подключать к индивидуальным беседам с игроками.— К сожалению, мы потеряли связь и не общаемся регулярно. Но через интервью всегда её благодарю. Однажды спросил её: «Слушай, а почему ты тогда ко мне подошла? Людей-то много на курсе было — 80 человек». И она объяснила: «Во-первых, ты отличником был. А во-вторых, всегда начинал день со «Спорт-экспресса». Извините, но «Чемпионат.com» я тогда ещё не читал на парах.— Совершенно верно. Макс на несколько лет меня старше и раньше начал работу в футболе. Мы хорошо знакомы. Однажды даже для корпоративного журнала «Мажордом» рассказывали, как люди из МГИМО попадали в футбол. Тоже случай. Я ведь даже не мечтал о работе в футболе.«Может, без меня Марио полез бы в петлю». Уникальный переводчик уже больше 20 лет в ЦСКА— В идеальном мире я должен был стать PR-директором какой-нибудь крупной нефтяной или газовой компании. Все мечтали о зарплатах «Газпрома», «Лукойла» и карьерном росте. Я даже проходил практику в РАО «ЕЭС России» и «Роснефти». И вроде бы были перспективы. Если бы мне предложили полноценную работу в этой сфере, возможно, я бы и распрощался с футболом. Но в 2008 году в мире грянул финансовый кризис, приглашений не было. И Сергей Геннадьевич в начале 2009-го предложил заниматься в РПЛ международными отношениями. Так с 2009 и по 2021 год я совмещал работу в сборной и лиге. Естественно, сегодня я ни о чём не жалею.— С какой самой неожиданной просьбой к тебе обращался Гус? — У друга Гуса в Нидерландах умер родственник, и мне нужно было за три часа поменять билет из Питера. Тогда же не было Aviasales, и я звонил в кассы Пулково, договаривался. Это было своего рода боевое крещение, но я справился. Гус потом сильно благодарил.— Когда Первый канал снимал фильм о Гусе, я побывал у него дома. Он живёт в трехэтажном таунхаусе на канале. Я провёл с Гусом один день и увидел его в совершенно другой обстановке. Мы ездили в его родной город Варссевелд, на границе с Германией. Корейцы там сделали ему музей. Он меня катал на своём Cherokee, гонял на «Харлее». Косуха, каска и мотоцикл с образом дедушки совсем не вязались. И повсюду к Гусу подходили люди, фоткались — мне показалось, что на родине он тогда был даже более популярным, чем в России.— В той сборной был очень классный коллектив. Гус меня называл Студент. С Хиддинком у меня была одна линия отношений, но с административным составом мы тоже отлично поладили, несмотря на ощутимую разницу в возрасте. Прекрасные отношения сложились с Михаилом Николаевичем Насибовым, нашим знаменитым массажистом, царство небесное. За многое ему благодарен, и прежде всего за то, что взял под крыло. Виктор Саныч Зинченко, наш легендарный администратор, до сих пор жив-здоров. Я и сам был достаточно коммуникабельным и по мере возможности чаяния, пожелания старших коллег доносил до Гуса. Уже на Евро отличные отношения сложились с Виктором Савельевичем Онопко и Николаем Михайловичем Игумновым. Онопко тогда работал в РФС и был руководителем нашей делегации на чемпионате. Непосредственно перед Евро-2008 в сборную подъехали тренеры по физподготовке Арно Филипс и Раймонд Верхейен. А поскольку по-английски в команде мало кто говорил, я помогал с коммуникацией не только Гусу, но и всем остальным. Помню, Андрей Викентьевич Гришанов, врач, сказал мне: «Сейчас проверим, фартовый ты или нет». После Евро-2008 я напомнил ему о том разговоре: «Викентьич, есть вопросы?» Он развёл руками: «Нет вопросов! Работаем дальше».— Игнашевича не побаивался? Он казался самым закрытым и внешне суровым человеком в той команде. — Он и правда не был душой компании, но на поле всегда подсказывал, когда того требовала ситуация. Никакой боязни я перед ним не испытывал. У нас сложились нормальные, рабочие отношения. Когда я уже стал менеджером сборной, Игнашевич был одним из самых опытных футболистов, ветеранов. До сих пор поддерживаем отношения.— Играл. Одно время она была очень популярной у футболистов. Помните, из-за смога в Москве игру с болгарами в Питер перенесли? Это был первый матч в сборной Дика Адвоката. Тогда в поезде играли в «Мафию». Они профики, быстро меня раскусили.— Наверное, Аршавин. У него такое выражение лица, что не поймёшь, говорит правду или блефует. Меня Андрей один раз конкретно развёл. Я ему поверил, а он оказался мафией.— Это было не при мне, но и Гус, и Александр Генрихович красочно эту историю пересказывали. До Хиддинка сборная жила в Бору, в пансионате недалеко от Домодедова. И вот в 2006-м он принимает команду, приезжают в Бор. Присели в вестибюле — Гус просит подать капучино. Бабушка на него уставилась: «Чего, милок? Растворимого тебе плеснуть?» В номере хотел задёрнуть шторы — они остались у него в руках, сорвались с петель. А окончательно его добила история с тренировки.— Гус выходит в майке, шортах — лето же. Смотрит: Бородюк — в кофте с длинным рукавом, штанах. Спрашивает: «Саша, ты чего?» — «Комары». Гус махнул рукой: да ладно тебе. Когда он вышел из корпуса, боровские комары его чуть на поле не отнесли, ха-ха! После этого Хиддинк поставил перед руководством вопрос о переезде сборной из Бора. Я думаю, его главное достижение в России заключалось в том, что он начал менять нашу ментальность. Гус делал всё, чтобы попадание в сборную считалось абсолютной привилегией. Чтобы игроки, по спортивному принципу попав в команду, были окружены максимальной заботой. В Европе ведь тоже не заезжают надолго на сбор — за день-два до игры заселяются в отель. С тех пор и российская сборная начала жить в хороших гостиницах. Конечно, в этом тоже есть определённое неудобство.— Постоянно кочевой образ жизни ведёшь. Это не база, где можешь оставить вещи. Меняешь отели, подбираешь варианты поближе к стадиону. Сборная тогда где только не тренировалась — и на старом «Торпедо», и на «Динамо», и на «Локомотиве». Но Гус к этому стремился: лучшие отели, питание, чартеры. Он объяснял: «Мы будем менять их психологию. Футболисты должны раскрепощаться. А для этого им нужно видеть людей, а не сидеть взаперти в Бору». Он это всё пропагандировал, и, можно сказать, успешно.— Фурор они произвели в первый раз, когда Гус только прилетел в Россию. Мне Прядкин об этом рассказывал — как раз он встречал Хиддинка как гендиректор РФС. Потом я эти брюки видел ещё несколько раз. Гус и в плане одежды очень свободный человек — не любил костюмов, галстуков. Мог спокойно заказать вечером в холле бокал вина, закурить сигару — ни от кого не прятался, не скрывался. Сейчас такими вещами вряд ли кого-то удивишь — всё-таки прошло почти 20 лет. А тогда это было немножко в диковинку. Думаю, что в конечном итоге и в мозгу у футболистов что-то щёлкнуло. Он постоянно повторял им: «Вы замечательные игроки. Я работал в Испании, Нидерландах, и с точки зрения технической, тактической подготовки вы никому не уступаете. Вам нужно просто раскрепоститься и никого не бояться». Эту мысль в разных формах он транслировал команде постоянно. Хрестоматийная история случилась на Евро-2008.— После крупного поражения от Испании в первом матче Гус сказал: «Всё нормально, отдыхайте, завтра выходной, проведите его с родственниками». Я ушам своим не верил! Думал, сейчас будет разбор полётов, а назавтра — тренировка. А Гус развернулся и демонстративно пошёл играть в теннис. Тренерский штаб наверняка между собой это проговаривал, а футболисты такой реакции от Хиддинка вряд ли ожидали. — К Евро ещё вернёмся, но там и отбор был полон ярких историй: подколы Быстрова за танцы, опоздание Павлюченко на сбор перед Англией, фраза Мутко: «Гус, а ты всё-таки не волшебник». Что ещё было, о чём мы не знаем? — Самое яркое воспоминания с того отбора — это домашняя победа над Англией. В сентябре мы проиграли в Лондоне 0:3, а через месяц — домашний матч. Раньше знаете, как календарь составлялся?— Последние лет 10 УЕФА самостоятельно выкатывает календарь, а тогда собирались представители команд и между собой договаривались, где и когда играть. На совещание отводилось несколько часов. И тут получилось, что у нас две подряд игры с Англией. Вторая — для нас ключевая. Нам обязательно нужно было побеждать. Команда жила в «Золотом кольце», а я приезжал на тренировки. Гус всячески старался расслабить игроков — улыбался, дурачился с ними в квадратах. А ещё на всех пресс-конференциях он повторял: «Мы верим, мы знаем, мы можем». Атмосфера в «Лужниках» на Англии — одно из ярчайших впечатлений в моей жизни. Мы первыми пропустили — Руни здорово попал. Потом Зырянов заработал пенальти.— Да-да, возникли бы вопросы. А Гус всю игру главному судье и боковому — испанцам — что-то говорил. Он же великолепно знает испанский. Я с Элизабет и ещё одним другом за скамейкой на трибуне сидел и всё видел. Ещё запомнился безумный ажиотаж вокруг билетов на матч. Помню, приехал в РФС забрать билеты — Гуса и свой. Так в офис РФС на втором этаже очередь стояла с улицы! Когда я скромно попытался пройти в кабинет коммерческого директора, услышал окрик: «В очередь давай». Хорошо, Макаренко меня увидел и провёл. Второй раз такой билетный бум я видел перед матчем Россия — Германия в 2009 году. И эти «Лужники», наэлектризованная атмосфера… Помню безумную радость после первого гола Ромы Павлюченко. А когда он забил второй, там, кажется, всё взорвалось. После игры мы поехали с Гусом и его друзьями в его любимый бар на Неглинной. Люди подходили, фотографировались, радовались. Вот тогда появилась уверенность, что мы будем на Евро.— Да-да, как сказал наш классик Константин Зырянов. Но мы были близки к этому, ха-ха! Спасибо братьям-хорватам за победу в Англии. Всё было на тоненького.— Уже с Евро-2008 ты стал полноценным членом коллектива? — Да, у меня была аккредитация с доступом в раздевалку. Две первые игры чемпионата я смотрел в компании дисквалифицированного Андрея Аршавина. Нам выделили какие-то билеты, кстати, не очень хорошие. Мы сидели где-то под крышей — с ним, Виктором Савельевичем Онопко, Николаем Михайловичем Игумновым, начальником команды.— Безумно. После Испании Гус сказал: «Ребята, у нас ещё есть две игры. Побеждаем в обеих — выходим». Тогда же прозвучала знаменитая речь Бородюка.— А меня там не было — врать не буду. Бородюк уже после ухода Гуса взял слово в раздевалке. При мне Зырянов ему в автобусе сказал: «Сильно на вас, Генрихович, советское прошлое сказалось!» Дословно его выступление никто не пересказывал, но посыл был простой.— За родину, за Гуса. Дед для вас всё делает — видите, как ему плохо? Ваши жёны, дети на вас смотрят. Настрой был настолько бешеный, что в первом же единоборстве миниатюрный Дима Торбинский просто снёс грека в два раза больше себя! Того унесли с поля. В этом точно была заслуга Александра Генриховича. Гус ему сказал: «От себя я всё сказал — теперь давай ты».— Я в тот год выпускался из вуза. Мой декан Ярослав Львович Скворцов до сих пор вспоминает эту историю. Чтобы улететь с командой на сбор перед Евро, мне нужно было досрочно сдать госэкзамены. Обрисовал ему ситуацию. А он говорит: «Принесёшь письмо за подписью Хиддинка — сделаем». Я сам составил текст, распечатал на бланке РФС, подписал у Гуса — и принёс в МГИМО. Это письмо у Ярослава Львовича до сих пор где-то в рамочке висит, наверное. Госы я сдал досрочно, на отлично, мне подтвердили красный диплом. А вручение дипломов пришлось на промежуток между четвертьфиналом и полуфиналом. Я думаю: сейчас голландцам героически проиграем, никто в нас камень не кинет. Они тогда 3:0 Италию вынесли, 4:1 — Францию, 2:0 — Францию. Лучшая команда группового этапа! Для меня игра с Нидерландами — ярчайшее воспоминание с того чемпионата.— Мы жили в башне в центре Базеля. С утра открываю окно — внизу оранжевое людское море! Ни до, ни после такого не видел. Что им стоит — по деньгам и по времени — приехать в Швейцарию? Не то что нашим. А Швейцария к тому же не была в Шенгене. Чтобы российским болельщикам переехать туда из Австрии, нужно было получать визу. Поэтому к четвертьфиналу наша группа поддержки резко сократилась. Второе впечатление — сама игра. У меня было полное ощущение, что нас возят, и поскорее бы всё закончилось. Я так сильно переживал, что даже употребил чуть-чуть пива, чтобы немного стресс снять. Самый страшный момент — это вторая жёлтая карточка Колодину. Мелькнула мысль: вот нашей сказке и конец. Хорошо, судья после подсказки ассистента отменил предупреждение. Но у меня было полное ощущение, что нас душат, а мы героически сражаемся.— Вообще не так! Я в пандемию пересмотрел матч — мы реально классно играли, а в экстра-тайме вообще их переиграли полностью. И победили по делу. А на следующий день у меня выпускной. Подхожу к Гусу: «Мне бы слетать на денёк». А весь курс знает, что я со сборной, все ждут. Он меня отпустил, РФС дал денег на билет туда-обратно. Я прилетел в Москву в семь утра, выпускной в обед, а вечером — рейс в Австрию. Из-за ливня в Вене самолёт чуть не отправили на запасной аэродром, и я страшно боялся опоздать на командные мероприятия. Но в итоге всё закончилось благополучно, и я везде успел.— Я не пил с футболистами, но, конечно, праздновали все. Гус был безумно счастлив, хотя внешне это не сильно показывал. Не то чтобы он хотел родной стране сделать больно, но ему было очень важно обыграть Нидерланды. После матча в нашу раздевалку зашёл Марко ван Бастен и сказал: «Сегодня вы были лучше». Услышать такое от одного из лучших футболистов мира было дико приятно. Единственное, что Гусу не понравилось, это нашествие в наш отель околофутбольных людей. В какой-то момент он даже вспылил и попросил их покинуть лобби, чтобы чуть-чуть оградить команду.— Слишком много оказалось желающих ощутить сопричастность к большой победе?— Буквально накануне Евро в товарищеском матче с Сербией травму получил Паша Погребняк. Он тогда был нападающим №1 у нас. Набрал блестящую форму, много забивал за «Зенит» в Кубке УЕФА. Скорее всего, Погребняк и играл бы в основе. Кержакова тогда вообще не взяли на Евро. Тоже очень сложное решение для Гуса, в тренерском штабе спорили по этому поводу. Но Хиддинк считал, что нужно сделать ставку на одного нападающего.— Он считал, что, если кто-то из них не будет играть, могут начаться проблемы в коллективе. И, наверное, был прав. Гус сделал ставку на Погребняка. Из нападающих ещё были Павлюченко и Сычёв, но Дима мог играть и в оттяжке, и справа. И тут Погребняк получает травму.— Ситуация была пограничная: он мог остаться в сборной или сразу уехать на операцию, чтобы восстановиться к играм за клуб. В первый раз Гус с ним поговорил один на один, а потом попросил меня позвать Пашу в номер к Гусу. Захотел лично от Погребняка услышать, что он сам принял решение уехать, а не под нажимом клуба. Разговор получился откровенным. Паша сказал: «Я чувствую проблему и боюсь подвести команду». В итоге он уехал.— Естественно, я не присутствовал при их телефонном разговоре с Генриховичем. Но на следующий день Денисов приехал в отель с Павлом Андреевым, агентом. Я со стороны наблюдал эту сцену. Как понимаю, Игорь признал, что был неправ. Гус ответил: «Окей, извинения принимаются. Будем на связи». И… не взял его на Евро. Думаю, Игорь не такого сценария ждал. Всё-таки Денисов тогда был в блестящей форме, хотя играл не на той позиции, где мы его привыкли видеть. В «Зените» Адвоката он действовал ближе к атаке. Но Гус уже, видно, для себя сформировал костяк. Как раз к Евро Сергея Семака в сборную взял.— Что Сергей Богданович в команду привнёс? — Он уже тогда был непререкаемым авторитетом, к мнению которого все прислушивались, вне зависимости от клубных пристрастий. Да, тогда он больше ассоциировался с ЦСКА, а на тот момент был игроком «Рубина». Они как раз тогда на первое чемпионство шли. И в сборной Семак сразу стал капитаном — все доверяли ему беспрекословно. В памяти сейчас всплыла история с его участием.— День игры то ли с греками, то ли со шведами. Обязательно нужно было выигрывать. После обеда сидим с Гусом, пьём кофе. Состав назван, установка сделана. И вдруг он просит: «Позови ко мне Семака с Акинфеевым». Я сходил к Сергею, Игорю. Спускаются. Гус спрашивает: «Ребята, кофе будете?» А потом: «Вы Роналдо знаете? Хороший футболист? А Ромарио? Я работал с одним и другим. Вы точно не хуже! Просто вам нужны яйца». Они выслушали его, пошли отдыхать, а потом произошло то, что произошло.— Именно! Обычно Гус так не поступал, а тут посчитал нужным это ещё раз проговорить. Тогда в сборной было два базовых клуба — «Зенит» и ЦСКА — а нейтральный Семак был для Гуса словно проводником своих идей в коллективе. Плюс находился в блестящей форме.— В ситуации, когда сборная 20 лет не выходила из группы, взять на чемпионат игрока, который гарантированно пропустит два матча, было очень рискованно. Но Гус это решение принял. Наверное, он смотрел дальше. Андрей проходил сборы, плюс после каждой предыгровой тренировки ему давали допнагрузку, чтобы он был на одном уровне готовности с остальными. Свои три матча в Австрии и Швейцарии он провёл блестяще и был реально лидером команды. Если упрощённо, то Гус просил при атаке искать мячом Аршавина или Зырянова. Он понимал, что уровень Андрея позволяет делать разницу, что тот и показал.— Я такого не слышал, но вполне может быть. Гус ведь и сам это часто повторял. Но он чувствовал себя очень уверенно. Главное качество Аршавина-футболиста — он никогда никого не боялся на поле. На Евро-2008 Андрей это всем доказал и во многом благодаря этому потом сделал классную карьеру в «Арсенале».— Это был будто безумный и вместе с тем прекрасный сон. Прямо из аэропорта нас, охрипших и оглохших, повезли на Первый канал на шоу. Потом — встреча с болельщиками в «Лужниках». Мне недавно прислали видео, где я сорванным голосом пытаюсь перевести Гуса.Марибор-2009: слёзы в раздевалке, извинения Аршавина, конец эры Хиддинка— С Евро-2008 по Марибор мы пережили очень классный период. У нас реально была крутая команда. На равных играли с Аргентиной, Нидерландами, Германией. К сожалению, немцам оба раза проиграли, но матчи были абсолютно равные. Был бы VAR, уверен, что в Москве нам дали бы пенальти, когда Боатенг косой срубил Быстрова. А небезызвестный Массимо Бузакка не поставил.— Я не знаю. Мы отлично проводили отборочный цикл и товарищеские матчи с топ-соперниками. Если не ошибаюсь, Россия тогда была шестой сборной в мире — наш пик в рейтинге. Казалось, Словению должны были проходить. Мы с Николаем Игумновым даже съездили в ЮАР, выбрали шикарную базу на ЧМ-2010 недалеко от Кейптауна. Но произошёл несчастный случай — злой рок, не иначе.— Мы должны были дома 4:0 Словению обыгрывать! Билялетдинов забил два, у Павлюченко были классные моменты. А в Мариборе Гус немного поменял состав по сравнению с домашним матчем: убрал Семака и поставил Янбаева. Может быть, Гус чуть-чуть изменил себе. Мы же всегда играли с позиции силы, а здесь он, наверное, решил немного обезопасить себя. Неладное я почувствовал на стадионе.— Да, и там была какая-то безумная поддержка хозяев поля. Потом уже при Карпине сборная его расколдовала, а в 2009-м атмосфера там была крайне наэлектризованной. Словенцы настроились как на последний бой. А у наших сразу не пошла игра. Пропустили гол из ничего, потом удалили Кержакова, в добавленные минуты — Жиркова. Я смотрел на поле и просто не верил своим глазам. В голове крутилось: «Мы не можем так закончить». Такое потрясение со мной впервые случилось. Сказать, что я был убит, — ничего не сказать. Это был шок. В раздевалке у многих ребят в глазах стояли слёзы. Заходили Абрамович, Виталий Леонтьевич.— Ничего. В раздевалке стояла гробовая тишина. Уже в самолёте произошла знаменитая ситуация, когда футболисты пошли к Гусу с просьбой остаться в сборной.— Ко мне подошёл Игнашевич, и мы с Габуловым и Семаком подошли к Гусу. Он спал на первом ряду. Сергей его растормошил: «Гус, это наша вина. Ты топ-тренер, и мы все хотим, чтобы ты остался». Хиддинк ответил: «Я не против, будем обсуждать». Уже в Москве к Гусу обратился Аршавин. Сказал «Это моя вина, я ужасно провёл эти матчи». А Гус ответил: «Андрей, мы команда — не надо ничего на себя брать». Грустно, что так всё закончилось, — та команда могла пошуметь в ЮАР.— По-моему, тогда уже избрали нового президента РФС — Сергея Александровича Фурсенко. Непонятно было, кто станет новым тренером. Адвокат же ещё в сборной Бельгии работал. Атмосфера была довольно грустной, настрой на игру — соответствующий. Гус игроков не собирал — мы сами немного посидели. Потом мы на полтора года с ним ещё в «Анжи» воссоединились.— В начале пандемии в Амстердаме была жеребьёвка Лиги наций. Мы там втроём пообедали — я, Гус и Саламыч . А созваниваемся регулярно — поздравляем друг друга с праздниками. Иногда он звонит, интересуется.— Как в целом у нас обстановка. Понятно, что он переживает из-за конфликтной ситуации на Украине. Говорит: «Когда уже всё закончится? Я хочу к вам приехать». Гус с огромной любовью всегда говорит про Россию.— Конечно, сильно поседел, но в остальном — всё нормально. Несколько месяцев назад мы с Димой Сычёвым и Юрой Жирковым ему видео записывали. Он ответил: «Всех помню, всем приветы». У Юры всегда были то травмы, то болячки. Когда я рассказывал, что Жирков до сих пор играет, Гус удивлялся: «Не верю!»Шоры Адвоката, суперфутболист Кокорин, шок в Варшаве— У него совсем другой подход: меньше открытости, неформального и индивидуального общения. Но при этом всё было достаточно демократично, не было жёсткого контроля. Дик сам про себя говорил: «Я лошадь, которая надела шоры и бежит вперёд». На него никто не мог повлиять. Когда его критиковали за то, что одних и тех же футболистов вызывает и ставит, отмахивался: ничего не слышу. Моё мнение: с точки зрения игры в атаку при Дике была лучшая сборная России. Да, увенчалось всё относительным провалом на чемпионате Европы в Польше. Но мы шикарно прошли цикл, а за неделю до Евро хлопнули 3:0 Италию, которая потом дошла до финала. И стартовали здорово, разгромив Чехию. На самом деле отличной была и игра с Польшей, которая закончилась вничью. А в 3-м туре — просто несчастный случай. Нас ведь даже поражение при определённых раскладах устраивало, но всё сложилось против нас. Не скажешь, что что-то сломалось. Просто так устроен футбол.— Точно нет. Это была уверенная в себе, повзрослевшая по сравнению с предыдущим Евро команда. Плюс добавились молодые Алан Дзагоев, Саша Кокорин, который тогда был на взлёте. Не знаю, рассказывал ли кто-то эту историю, но перед Грецией у Дика была идея поставить Кокорина вместо Аршавина. Адвокат, глядя на него, говорил: «Это суперфутболист. Бежит как Усэйн Болт, всё умеет». Реально большой талант был.— Да. Он думал дать Андрею паузу, чуть взбодрить его. Но за день или два до матча играли двусторонку на сближенные ворота. Саша бьёт по воротам — и рвёт заднюю. Дик на голландском выматерился. Плюс у нас пропустил игру по болезни Костя Зырянов — Денис Глушаков вышел. И опять не пошло. Дзагоев, Кержаков имели шансы, а у них один несчастный момент — Карагунис убежал и забил. Дик на самом деле очень основательно подготовился к турниру. Проанализировал предыдущий Евро, выбрал состав, и ему было пофигу на критику. В 10 позициях состав все знали ещё до сборов. Да, многим это не нравилось, в том числе игрокам. Рома Павлюченко один раз Дику высказал.— В целом в приличной, но достаточно жёстко: «Ты на меня вообще рассчитываешь? Что бы я ни делал, играют другие». Основным нападающим тогда был Кержаков. Это было в феврале или марте, а в июне играли дома с Арменией. Дик ставит Павлюченко — хет-трик! Так Рома стал основным форвардом. Дик потом посмеивался: «А ты молодец, хорошо отреагировал. Видно, что хочешь играть». У армян-то тогда приличная командёха была: Мхитарян, Мовсисян. Мы в Ереване еле ноги унесли — 0:0 сыграли.— От Дика необычные просьбы поступали? — Нет. Если Гус любил пойти куда-то в ресторан, то Дик всё время в Москве проводил на футболе или в номере. Единственное, он меня просил эмоциональнее переводить установки, команды на тренировке. Вы, наверное, слышали, как он говорил. Не зря у Адвоката кличка Генерал. Он требовал: «Кричи на них! Ты должен эмоции передавать». И я старался его интонации в точности ретранслировать.— Мы круто играли дома со Словакией, но из-за какой-то нелепой ошибки пропустили гол и проиграли. Больше никому не уступали до Греции — всех выносили. Во 2-м туре в Ирландии нам никак нельзя было терять очки. И вот там Дик вышел на середину раздевалки и начал кричать: «Я хочу майку сборной России! Хочу сам выйти на поле и всех порвать! На вас сегодня вся страна будет смотреть». Первый тайм — 3:0. Потом, правда, чуть обострили, ха-ха. Но ничего, довели до победы. — Дик неожиданно проявил себя сентиментальным мужиком, пустив слезу на проводах в питерском аэропорту. При тебе он открывался с неожиданной стороны? — Слёз точно не было. К сожалению, у нас прощание с Диком получилось скомканным. Вылет с Евро для всех стал таким же шоком, как Марибор. Наверное, решение не лететь с командой в Москву было его ошибкой. Мне кажется, он вообще больше не приезжал в Россию. В РФС за него отчитался Берт ван Линген. Не забывайте, он уже на Евро понимал, что после турнира не останется в сборной. Об этом все уже знали. И он очень сильно переживал из-за непродления контракта. Наверное, этот момент тоже свою роль в выступлении команды сыграл. Антураж вокруг сборной после вылета с Евро был негативный, а венцом всего стала знаменитая фраза Андрея Аршавина.— Я тоже был в лобби в это время. При самом разговоре я не присутствовал, но понимаю весь контекст. Какой-то подвыпивший человек подошёл к Андрею и начал навязчиво высказывать претензии: «Мы же ждали». И Аршавин — лично ему, а не миллионам болельщиков России! — ответил вежливо, на «вы»: «Ваши ожидания — это ваши проблемы». Потом уже эти слова обросли кучей домыслов.— В отличие от Гуса, у него всё было чётко, никаких лишних слов. Но мы с ним много лет были на связи. Он хотел вернуться в Россию, и варианты были. Он считал, что недосказанность осталась. Когда «Зенит» подписал Бруну Алвеша, Дик жаловался: «А когда я просил, мне «Зенит» таких дорогих игроков не покупал». Он считал, что с ним немножко несправедливо поступили в Петербурге, а потом и в сборной.— Абсолютно. Такими были требования тренеров — сначала одного, а потом другого. Дик заказал самый крутой отель, пусть даже в центре города. На ЧМ-2014 уже я этими вопросами занимался. Капелло и Сан Саныч Алаев предложили мне занять пост менеджера сборной, и я согласился.— Все организационные вопросы: перелёты, гостиницы, сборы, формы. Тогда ходил миф, якобы в сборной дисциплина какая-то не такая. Плюс Фабио другого плана человек. Он ещё менее коммуникабельным был с игроками, чем Дик. Капелло с первого собрания установил жёсткую дисциплину в команде. По сравнению с голландцами он намного более скрупулёзно подходил к вопросам восстановления, питания. И по бразильской базе у него были чёткие требования: лучший тренажёрный зал, SPA, бассейны, отдельное питание и никаких посторонних. Из всех опций, которые мы смотрели, выбрали лучший вариант.— Слушайте, если бы мы вышли из группы, и настроение было бы другим. Там всё было организовано на высшем уровне. В отеле было российское ТВ, PlayStation. Мы устраивали танцы капоэйры. Да, вокруг была глушь, но как спортивная база — идеальное место. Англичане жили на Копакабане, а Капелло так видел подготовку. Глобально негатив появился, потому что мы в Бразилии плохо сыграли. Вышли бы из группы на Евро-2012 — никто не вспоминал бы, что жили в центре Варшавы. А если бы провалились в 2008-м, наверняка посыпались бы вопросы: нафиг вы жили в австрийской глуши? А потом Леоганг этот стал местом силы. В Бразилии, повторюсь, всё было на топ-уровне. Пять раз я туда летал. Мы привезли с собой все продукты. У нас было два идеальных поля. Да, вокруг было скучновато, но мы же туда не развлекаться приехали.— Глыба! Фигура мирового уровня. Очень мощный, харизматичный, где-то даже автократичный человек. Широкий кругозор. Он, кстати, тоже увлекался русской живописью. Кандинский — любимый художник. Балет Капелло любил, в Большой театр ходил. Но в работе Капелло в любой момент мог остановить тренировку, наорать. И при этом очень тонко чувствовал игру.— Мы много раз ходили вместе на футбол, на РПЛ и еврокубки. Он поразительным образом умел предугадывать события, читал игру. Угловой у одних ворот — говорит: «Они не так расставились — сейчас будет опасный момент или гол в другие». Бац — гол. Было несколько таких случаев. По-моему, один из них — в финале Лиги Европы в Амстердаме «Бенфика» — «Челси». При нём совсем другая тактическая подготовка в сборной была. Пануччи работал с защитниками. Был дедушка Итало Гальбьяти, его знаменитый помощник, к сожалению, он умер пару лет назад, царство небесное. Мне кажется, футболисты даже побаивались Фабио немного, и, возможно, им где-то это помешало.— Из-за стола встаём только вместе, когда все поели. Когда жили в Москве, Фабио запретил игрокам спускаться в лобби. Ещё Капелло ненавидел, когда футболисты в кепках ходили. Один раз Ваня Новосельцев такой приехал — он же всегда на моде был, неформал. Говорю: «Снимай от греха подальше, пока Фабио не увидел». У Капелло и с президентом РФС Толстых сложились очень сложные отношения. Вы же помните историю с контрактом, зарплатой? Наверное, они на что-то тоже влияли. Но отборочный-то цикл мы прошли блестяще! В очень сильной группе с Португалией уверенно заняли первое место.— Фабио немного поменял состав. Широков повредил ахилл, потерял место в составе Игорь Денисов, Жиркова мало использовали.— Он играл в начале цикла Евро-2016, но тогда Артём был в блестящей форме и Капелло просто не мог его игнорировать. Но по своему психотипу Дзюба Фабио точно не подходил.— Он много рассказывал из миланской карьеры. Англия меня всегда интересовала как фаната «Ливерпуля». Многие истории на самом деле известны. А ещё Фабио продвигал тезис: большой футболист не станет великим тренером. Приводил примеры ван Бастена, Марадоны.— Я же не говорю, что на 100% с этим согласен, ха-ха. Исключения всегда бывают. Но Фабио аргументировал своё мнение так, что звёзды футбола не могут объяснить игрокам то, что им кажется само собой разумеющимся.— Я встретил Фабио в Мюнхене на финале Лиги чемпионов в сопровождении сына и его замечательной супруги Лауры. У него всё хорошо. Выступает экспертом на разных мероприятиях УЕФА и на ТВ. Отлично выглядит. Не зря он нас учил культуре питания.— Первый сбор, шведский стол. Мы с Сергеем Ивановичем Овчинниковым набрали еды. Фабио заглянул к нам в тарелки: «Ну как вы едите? Всё накидали. Сначала салат возьмите. Потом то, это». Он же меня научил правильному потреблению алкоголя.— Фабио говорил: «Евгений, классический вечер: бокал просекко, бокал белого, бокал красного. В конце можно принять ещё рюмочку лимончелло».— Какие курьёзы из сборной будешь рассказывать внукам? — Куча баек связана с Михаилом Николаевичем Насибовым. История из 2008 года. Недалеко от отеля у нас был ледник. И 12 июня, в День России, Онопко с Игумновым раздобыли где-то красную и синюю краску и решили триколор на нём изобразить. Говорят: берите бинокли, смотрите — а сами пошли на этот ледник. Нарисовали, возвращаются довольные. Вдруг Насибов забегает в столовую — и к Игумнову: «Михалыч, там из «Гринпис» пришли — двух людей ищут в форме сборной России! Говорят, двух маралов нашли — один с синей мордой, другой — с красной. Выясняют, кто склон разрисовал». Те переполошились, а Насибов себе посмеивается… Место шуткам, розыгрышам всегда в футболе есть. Леонид Викторович Слуцкий — тот вообще всегда на юморе был. Один курьёз как раз с ним и связан.— Евро-2016, едем на какую-то игру в Инсбрук. Слуцкий сидит на первом ряду, слушает музыку и в такт качает головой. Подходит Дзюба: «Викторович, полегче раскачивайся. Ты же тяжёлый — ещё автобус в пропасть упадёт!» Слуцкий тоже как-то отшутился. У них уже тогда были особые отношения.— Была история с Сашей Кокориным, при Капелло. Нам через час вылетать на сбор в Дубай, а у него паспорта нет. Говорит, сам не знаю, куда подевал. Капелло в ярости. Через сутки Саше сделали новый паспорт, и он прилетел.— Когда в Подгорице метнули файер в голову Акинфееву, какие были ощущения? — Было стрёмно. Эдик Безуглов сразу рванул на поле. Когда увидели, что Игорь в сознании, выдохнули. Там вообще очень недружелюбная атмосфера была. Потом ещё в Комбарова монету бросили, из-за чего игру и прервали.— В осенней части 2015 года всё было замечательно. Викторович пришёл, и мы как на заказ выиграли четыре матча. В товарке в Краснодаре обыграли Португалию. В Париже в марте нас, конечно, повозили, но 2:4 против Франции на её поле — в целом нормально. Но потом выпали Дзагоев, Денисов — ключевые игроки центра поля. Слуцкий сделал ставку на других людей, а у них, видно, «химия» не сложилась.— Я не присутствовал. Как и все, знаю, что что-то обсуждали, не поделили. Понятно, что такие истории не красят сборную. Потом ещё и Кокорин с Мамаевым в Монако отличились. Во многом история была высосана из пальца, но понятно, что она произошла в неправильное время и в неправильном месте. Поэтому и подготовка к ЧМ-2018 начиналась на фоне сплошного негатива.— Про сборную Черчесова ты ещё не рассказывал. Какими были эти два года до домашнего «мира»? — С Саламычем мы познакомились за неделю до его назначения на дне рождения Ильи Казакова. При личном общении многие мифы, которые вокруг Черчесова витают, рушатся. Он сразу сказал команде: мы работаем вдолгую, наша цель не выиграть — побороться за трофей. Как это могло восприниматься через месяц после вылета с треском с Евро? Но у него всё было чётко. Первое, что меня впечатлило, — насколько у них слаженный штаб.— Раньше штабы формировались непосредственно в сборной, а Черчесов с Ромащенко, Паниковым работал много лет. Конечно, им непросто было выдерживать давление извне. Мы-то играли контрольные матчи с сильными соперниками и чаще всего проигрывали. Но, наверное, это было правильно — именно к такому уровню сопротивления готовиться. Плюс постоянно вылетали люди, на которых Черчесов рассчитывал. Изначально он планировал строить оборону вокруг Васи Березуцкого. Как раз модной была схема с тремя защитниками, которую Конте в Италии культивировал. Но Вася отвалился, Игнашевич с Лёшей Березуцким закончили. Кубок конфедераций ещё откатали по схеме с тройкой защитников, а потом «кресты» порвали Васин с Джикией, и перед чемпионатом мира пришлось менять схему.— Говорят, в ложе был какой-то разговор. Мы этого не ощущали, но недовольство у руководства, наверное, было. Да, мы играли с сильными соперниками, но целостного позитивного впечатления сборная не производила на общественность. Непосредственно перед ЧМ ещё и проиграли Австрии, с Турцией вничью сыграли. Негатив зашкаливал. В прессе нагнетали: Саудовская Аравия играет на равных с Италией, Египет два года не проигрывает, про Уругвай и говорить нечего — зачем мы вообще на этом чемпионате? А мы же не в вакууме информационном живём — все всё читают. И тогда Саламыч провёл очень классное собрание, на котором донёс до команды одну простую мысль: «Вы делаете то, что мы говорим, а отвечать за всё будем мы. Мы в вас верим, а вы верьте нам». И, конечно, гениальное решение Черчесов принял с Игнашевичем.— А я как раз сидел в офисе в электронной системе ФИФА, регистрировал предварительный список игроков: 30 человек. Игнашевича, естественно, в нём не было. И тут звонит Эдик Безуглов: Камболов травму получил. Потом Черчесов набирает: «Ты отправил состав?» — «Нет ещё». — «Сиди, жди». Спустя время перезванивает: «Игнашевич». Я такой: «В смысле?!» — «В прямом». Саламыч с ним встретился, переговорил, и Сергей согласился помочь сборной. Честно, я очень обрадовался. Игнашевич есть Игнашевич — этот человек ниже определённого уровня никогда не опустится. Профи!— Что происходило внутри команды из того, что никто не видел? — Дзюба очень переживал из-за того, что был запасным. Основным нападающим чемпионат начинал Федя Смолов. Артём ещё и заболел на сборах, пропустил несколько дней тренировок. Дзюба — парень амбициозный, но работал на команду. Перед Саудовской Аравией он впервые толкнул речь в раздевалке.— Черчесов уже всё рассказал, а потом Артём собрал в круг команду и выдал речь. Саламыч нормально к этому отнёсся, потому что это выглядело очень естественно. Дзюба сказал вроде бы простые слова, но тогда они тронули даже меня: «Лужники», чемпионат мира дома — о чём ещё можно мечтать в этой жизни? На нас смотрят дети, близкие, вся страна. Давайте просто выйдем и кайфанём от каждого момента». Я помню мурашки по коже. И потом всё пошло как пошло.— Я нервничал всегда. Открою секрет: на чемпионате мира 2014 года Эдуард Николаевич Безуглов мне даже специальную успокоительную таблеточку давал. Но один раз она меня так прибила, что я сутки не в себе был. Больше я их не принимал. После Марибора в 2009-м я неделю бледный ходил — так переживал. Ещё и знакомые задавали глупые вопросы: а что, правда кальян курили? Помните же знаменитую передачу на Первом канале, после которой нас кальянщиками называли? С возрастом просто учишься ситуацию отпускать, а в моменте как не нервничать? Я и с Хорватией 7 июля, в четвертьфинале, жутко переживал. Когда находишься на бровке рядом с командой, там совсем другие эмоции и ощущения.— Утром прогулялись. Саламыч зачитал команде несколько писем от детей из разных городов России. В день игры ему звонил президент страны — пожелать удачи и поблагодарить. Всё-таки впервые за 32 года вышли из группы на ЧМ. А Черчесов ему ответил: «Мы ещё не сделали того, чем можно гордиться». А ещё забавный момент случился на стадионе. Вроде всё продумано, организовано: указатели, ГИБДД, стюарды. А мы какого-то фига подъехали к выходу сборной Испании! Пришлось автобусу сдавать задом. В футболе — плохая примета. Помню, кто-то сказал: «Ничего, это на фарт». Так и оказалось.— Безумное переживание. Из-за травмы пришлось менять Жиркова. Понятно, что там мы кувались. Но и была хорошо продуманная тактика, выбранная, кстати, совместно с футболистами. Мы поменяли игру в четыре защитника на схему с пятью. Не сказать, что испанцы нас прямо-таки возили, но пацаны выложились по полной. Артём в каком-то интервью рассказывал: «Я понимал, что должен цепляться за каждый вынос Акинфеева, потому что это шанс всем немного передохнуть, подышать». Не просто изобразить борьбу, а каким-то образом выгрызть этот мяч. С той Испанией глупо было пытаться играть в футбол. Через месяц хорваты в Лиге наций попробовали — 0:6 получили. Хорваты — финалисты ЧМ-2018!— Мы все стояли обессиленные, обнявшись. Но была вера в Игоря. Все знали, что он никогда не проигрывал серии пенальти. Ещё и Володя Габулов повторял: «Он два возьмёт». Два и взял — от Коке и от Аспаса. Конечно, была безумная радость. «Лужники», четвертьфинал чемпионата мира — когда ещё такое испытаем? А у меня ещё и у дочки день рождения — представляете, как совпало! Но Саламыч сразу сказал в раздевалке: «Всё супер, сегодня отдыхаем, но завтра в 12:00 начинаем подготовку к четвертьфиналу». В Сочи уже мы ехали уверенными, что и Хорватию можем пройти. На таком уровне психология играет огромную роль. Саламыч создал реально крутую команду, а такого яркого лидера и капитана, как Артём, я в сборной вообще не помню. Ни при Гусе, ни при Дике, ни при Фабио такого не было. У нас всегда была достаточно молчаливая команда. Дзюба привнёс в сборную эту харизму и уверенность. Но самое главное, что стержень Черчесова позволил ему выдержать весь негатив и передать своё спокойствие команде. Когда игроки видят, что тренера не трясёт, это очень важно.— Когда прямо бушевал? — В Катаре, помню, Саламыч в сердцах швырнул бутылку в стену. Чуть-чуть всех встряхнул. Его не устраивал не результат — отношение. Понятно, товарищеская игра — все на чилле, на расслабоне, но Черчесов никогда такого не терпел.— Черчесов даже в критический момент не теряет самообладания и знает, что делать. А ещё нравилась его фраза: «Мне нужно понюхать игрока». Иногда он умышленно загонял игрока в какую-то экстремальную ситуацию, чтобы посмотреть на его реакцию. Думаю, это работало. Успехи Черчесова в сборной и чемпионатах Польши, Венгрии это подтверждают.— Все так говорят. Дома, в «Лужниках» — почему нет? Но смысл теперь рассуждать в сослагательном наклонении?— Каким тебе запомнился Мутко? — Виталий Леонтьевич — очень яркий человек. Стоило ему просто прийти на тренировку — уже ярко было. Как он радовался победе сборной на Евро-2008 — вместе с нами ехал в автобусе и пел какие-то песни. Помню, после ничьей в 2016-м зашёл в раздевалку — увидел спонсорское пиво, для допинг-контроля: «Что за пиво? Дай попробую». Вместе с тем в ключевые моменты для российского футбола он стоял во главе его и принимал правильные решения.— Выбор тренера-иностранца. Понятно, что контракт спонсировал фонд Романа Абрамовича, но ключевое решение было за Мутко, и он нёс за него ответственность. Чемпионат мира в России — тоже большая заслуга Виталия Леонтьевича. Он эту тему донёс до высшего руководства страны и потом курировал. Назначение Черчесова — чьё решение? Опять-таки Мутко. Как ни посмотри, человек оставил очень яркий след в истории нашего футбола.— После смены тренера сборной руководители РФС и мою роль видели чуть иначе. А у меня к тому времени были достаточно большие функции в лиге, мы встретились с Алаевым, обсудили, и я решил сосредоточиться на работе в РПЛ. Всё произошло абсолютно нормально, корректно. В адрес Российского футбольного союза у меня нет ничего, кроме благодарности за эти прекрасные 14 лет. — Последние четыре года в РПЛ ты возглавлял несколько направлений, но, по сути, позицию можно назвать директором по развитию. Если по-простому, что развил? — Мне всегда было интересно заниматься маркетингом, коммерцией, развитием продукта РПЛ. К сезону-2018/2019 мы перезапустили лигу как продукт с точки зрения позиционирования, визуального стиля и так далее. Имеется в виду не только смена логотипа, но и подхода к работе с аудиторией — изменение коммуникационного вектора: соцсети, наполнение телевизионного контракта, новая ТВ-графика. Это не только моя заслуга, а большого коллектива, клубов. Потом мы систематизировали коммерческий инвентарь, упорядочили календарь, провели подготовку к телевизионному тендеру. Он, правда, четыре года назад не состоялся, но лига вышла на совсем другие доходы от медиа- и коммерческих прав. Сегодня РПЛ реально много зарабатывает и распределяет значительные суммы в клубы, и это очень круто. На момент начала пандемии, в сезоне-2019/2020, ещё до введения Fan ID, у нас средняя посещаемость составляла почти 18 тысяч человек. Мы приближались к показателям топ-5 лиг, догнали бы Нидерланды и так далее. В целом годы в лиге были очень крутым профессиональным опытом. В какой-то момент я понял, что нужно двигаться дальше, но по-прежнему остаюсь фанатом РПЛ, ха-ха!— Сейчас это главная сфера моих интересов. Чего хочет лига? Подороже продать телевизионные права, чтобы распределить между клубами побольше денег. А у нас долгое время на этом рынке было всего один игрок. К 2022-му у «Матч ТВ» появились конкуренты — «Кинопоиск», Okko и так далее. Повышение конкуренции вызвало ажиотаж, а затем и рост стоимости телевизионных прав. Поэтому я с профессиональным интересом жду 2026 года, когда нынешний контракт подойдёт к концу. Я всё-таки надеюсь — и как болельщик, и как профессионал, — что на этот раз тендер состоится и лиге удастся ещё эффективнее эти права реализовать. Поверьте, РПЛ сегодня — очень важный продукт, чемпионат России хорошо смотрят. Безусловно, события, которые произошли после 2022 года — отстранение, Fan ID, — повлияли на интерес к футболу. Но все эти разговоры, якобы лига стала слабее, хуже, я не разделяю. Цифры посещаемости уже стремятся к доковидным показателям, а самое главное — есть интересный турнир. Два сезона подряд у нас потрясающая развязка. А уровень нашего футбола объективно может показать только участие в официальных международных соревнованиях, как на клубном, так и на уровне сборных команд.— В 2021 году я ушёл из сборной, а потом и из Премьер-Лиги. Некоторое время поработал в агентстве «Телеспорт». С первых дней работы переводчиком у Хиддинка мне говорили: «Путь Моуринью, будешь тренером». Мне это тоже было интересно, но не настолько, как то, чем занимался впоследствии. В последние три года я занят в нескольких больших проектах. Консультирую спортивный медиахолдинг Q’Sport в Казахстане: транслируем крупнейшие мировые соревнования, РПЛ. Развиваем культуру потребления спортивного контента в Казахстане и Центральной Азии. У меня есть молодое и пока небольшое агентство в Москве — называется «В игре». Туда мы перенесли весь наш многолетний опыт и экспертизу с коллегами: консультируем компании, поставляем высокотехнологичное оборудование для тренировок и соревнований, проводим турниры и матчи, в том числе корпоративные спортивные мероприятия, помогаем спортсменам в реализации имиджевых прав. Отдельный большой проект у нас — уличный футбол. Есть ещё направление, связанное с образовательно-преподавательской деятельностью. Как бы это громко ни звучало, я являюсь профессором Высшей школы экономики и делюсь своим опытом со студентами в области спортивного менеджмента и маркетинга.— Эту историю мы с ребятами задумывали давно. Когда крупные бренды ушли, которые эту движуху делали, ниша оказалась пустой. Да, круто, что появилась Медиалига, но она уже на другом, более профессиональном уровне. А мы хотели сделать движ для простых людей. Нас многие компании поддержали. Сейчас запустили серию региональных отборов — в Краснодаре, Казани, Питере и Москве. Около 250 команд примут участие в квалификации, а на гранд-финал в Москву приедут лучшие команды из каждого региона. Помимо прошедших отбор, в турнире примут участие несколько специальных гостей — команды Медиалиги, журналистов, сборная бывших футболистов. Философия проекта: футбол — для всех, в него должны играть мальчики, девочки, музыканты, артисты — все. У нас Дзюба играл, Джикия, Миранчук, легенды «Спартака». Аудитории эта история потрясающе залетает: все играют и кайфуют от футбола. Приглашаем всех желающих: создавайте команду и играйте.— Конечно. Со всеми, с кем работал, я на связи. Сергей Геннадьевич сейчас в УЕФА трудится советником. Недавно виделись на финале Лиги чемпионов. Хотя он и в Москве тоже бывает.— Улыбнулся, прикольно. Я так понимаю, это было после матча «Црвены Звезды». С Сергеем Геннадьевичем вообще много хороших воспоминаний связано. Он был классным руководителем. Очень компанейский человек, любил неформальное общение, в том числе с журналистами. Я ему очень благодарен за шанс попробовать себя в РПЛ, где в итоге проработал 13 лет.— Прядкин родом из Астраханской области. На 50-летний юбилей мы решили коллективом РПЛ устроить ему постановочное посвящение в казаки в Доме футбола на Народной. Вручили ему шашку, и он одной рукой разрубил кочан капусты. — Ты же немного знаком с боссом «ПСЖ» Нассером Аль-Хелаифи. Порадовался долгожданной победе парижан в ЛЧ? — Очень порадовался и за него, и за Матвея Сафонова, и за Хвичу. А познакомились мы, когда я работал в РПЛ. Мы общались с катарской компанией beIN Sports на предмет телеправ, и один наш партнёр предложил поехать в гости к Аль-Хелаифи. Мы как раз в Дохе были на предсезонном турнире РПЛ. Говорит, у него умер брат и он всех собирает. Я смутился: у человека горе — какие там дела? Но он успокоил: нет-нет, тут так принято. Нассер ещё тренера нашей сборной хотел видеть. Поехали я, Саламыч и Сергей Геннадьевич. Посидели в его доме в Дохе, очень мило пообщались. Аль-Хелаифи ещё интересовался мнением Черчесова о Паредесе. И после этого «ПСЖ» купил его!— Был случай с Марадоной, когда Диего тренировал сборную Аргентины. Гус поручил мне подписать у него майку для друга. Я растерялся: как же я к нему подойду? Хиддинк успокоил: «Я с ним переговорил: скажешь, что ты от меня». Охранник-амбал Марадоны, как меня увидел, замахал руками: «No, no!» Я давай кричать: «Гус! Гус!» Марадона услышал: «Гус? Давай сюда». На майке расписался, руку пожал. Дурак я, не сфоткался.
Эксклюзив Сборная России — Футбол Артём Дзюба ЧМ-2018 В России Леонид Слуцкий Александр Кокорин Станислав Черчесов Андрей Аршавин Виталий Мутко Фабио Капелло Гус Хиддинк Дик Адвокат
United States Latest News, United States Headlines
Similar News:You can also read news stories similar to this one that we have collected from other news sources.
Минэнерго предложило рейтинговать отечественный общесистемный софтПо идее министерства, это должно дать разработчикам обратную связь от заказчиков и поднять уровень российского ПО
Read more »
В Москве заочно арестовали топ-менеджера «Роснано»Экс-гендиректор «Пластик Лоджик» и топ-менеджера Роснано заочно арестованы
Read more »
Остапкович объяснил, как изменятся ставки на автокредиты после решения ЦБСнижение ставок по автокредитам зависит не только от политики ЦБ, но и от поведения крупных банков страны.
Read more »
Полковник армии США Макгрегор предложил устранить ЗеленскогоЭкс-советник Пентагона отметил, что глава киевского режима оторван от реальности и ведёт себя неразумно.
Read more »
Зеленский призвал союзников выделить Киеву по 0,25% от их ВВП в 2026 годуЗеленский потребовал от союзников выделить Украине в 2026 году по 0,25% от их ВВП.
Read more »
Сбер разработал AI-помощника по кибербезопасности для бизнеса и россиянСбер разработал AI-помощника по кибербезопасности, который поможет защитить бизнес и граждан от обмана в сети.
Read more »