«Из этой ситуации не получается вырваться. Ты хочешь это перелистнуть, а оно всё равно над тобой. И я понимаю, что никогда не смогу оставить эту историю позади, что она всегда будет частью меня». Варвара Караулова дала эксклюзивное интервью RT
— Серьёзно, замечательно. Эти три дня — они такие длинные, яркие, очень разные. Конечно, и очень утомительные, но это хорошая усталость. Столько эмоций, столько впечатлений. Я по стольким вещам соскучилась, даже по таким элементарным, как музыка любимая.
И настолько мне всего хочется, что я даже песню не могу дослушать, переключаю. Всё хочется успевать, но ни на что будто нет времени.— Мне кажется, я пойму это, когда успокоюсь, шок это или не шок.— Нет. Это настолько неожиданно было, и это был праздник. До последнего не верилось. Я до последнего никаких вещей, ничего не собирала. Просто мне говорят: завтра в восемь утра будь готова.— Мы изначально планировали, что бы ни было, мы будем пробовать. Все законные способы, которые предписаны, всё будем пробовать обязательно. Бумага всё стерпит, в конце концов. Это было неожиданно для всех нас.Настоятель Троицкого храма протоиерей Алексей Уминский навещал в СИЗО, а затем в колонии Варвару Караулову — девушку, осуждённую в...— Два года ровно. У меня очень странная магия чисел получается: 27 октября меня задерживают, 27 апреля я приезжаю в Вологду, в колонию, и 27 апреля я еду домой. — Да, с такими цифрами можно поверить в магию чисел, действительно. Несколько вопросов по поводу жизни в колонии. Когда ты туда попала, было страшно? — Было очень страшно. Потому что я вообще не знала, чего ожидать. Не знала, как ко мне будет администрация относиться, как ко мне будут другие осуждённые относиться. Не знала, к чему готовиться. Очень боялась, что физические будут расправы, будет психологическое насилие. Что это будет специально сделано, возможно. Или будет некое давление именно в мою сторону из-за статьи и из-за того, что я из Москвы. Там в основном люди с Севера. Настолько я не знала, чего ожидать, что было страшно. И я не знала, знают ли родители, где я нахожусь. Как быстро они смогут приехать, или как быстро я смогу с ними связаться. — Ты можешь мне какой-нибудь пример привести, например, вещи, которая была страшнее всего? Или какой-то момент, который ты вспоминаешь из жизни в колонии? — Самое, наверное, страшное, когда первый раз у меня на глазах произошла драка. Я даже не могу вспомнить, видела ли я когда-то вживую именно драку, не какой-то боксёрский поединок или что-то цивилизованное.— Да. Была настоящая драка. Я настолько потерялась, я не знаю, что делать в такой момент. Их надо разнимать или лучше не вмешиваться. Для меня был страшен не столько даже сам факт, а насколько это ненужным было и абсолютно необоснованным. Я могу представить ситуацию, когда, наверное, драка не то что необходима, а когда она вытекает из какой-то ситуации. А это был абсолютно бытовой конфликт, который перетекает в драку, достаточно агрессивную. Это страшно.«Не перестаю себя корить»: пытавшуюся примкнуть к ИГ Варвару Караулову отпустили по УДО Вологодский городской суд удовлетворил ходатайство об условно-досрочном освобождении бывшей студентки философского факультета МГУ... — Было очень много злости, агрессии, таких вот эмоций, крайне негативных. Тебя сопровождали они во время твоей жизни в колонии? — Да, там очень много агрессии. Физической, наверное, меньше, но очень много вербальной и негативных эмоций. И ты себя окружаешь таким вакуумом, в какой-то степени. С какими-то людьми общаешься, даже достаточно близко, их в вакуум свой впускаешь, а остальное всё… Конечно, ты не можешь это игнорировать. Но ты стараешься не впитывать это. Я очень боялась, что я заражусь такой агрессивностью, обиженностью на мир. И мне это было очень страшно.— Конечно, это не два дня. Но я в шутку говорила, что я либо уйду домой таким дзен-буддистом, что меня вообще уже ничего не сможет вывести из равновесия, либо я тоже стану такой же злой. Но вроде первый вариант всё-таки ближе. Конечно, какой-то осадок такой остался. Но это, может, свойство человеческой памяти, что пытаешься помнить хорошее. Всё-таки два года моей жизни, конечно, хорошие моменты всё равно были. И я стараюсь концентрироваться на них.— Там настолько мало каких-то радостей, что абсолютно простые вещи, на которых в обычной жизни ты никак не акцентируешь внимание... Божья коровка. Господи, на травинке божья коровка. Это такая радость, что может просто стать главным впечатлением дня. Или бабочки. Прошлым летом было очень много бабочек. И они такие огромные были. Это так здорово. Даже не ловишь их, просто на них смотришь. Какие-нибудь птички летают. Ты знаешь, что мама должна приехать. Ты чуть ли не за месяц ждёшь и каждый день думаешь об этом, что вот мама приедет. О чём мы поговорим, что надо будет ей рассказать. Например, она, может, книги какие-нибудь привезёт. Как ты ждёшь этого письма, как ты ждёшь просто звонка домой. Действительно, такие простые вещи становятся каким-то центром твоего мировоззрения.— Сложно сказать. Как это говорится, что дни тянутся, а месяцы бегут. Каждый отдельный день — он очень похож на предыдущий. Но само по себе время, когда оглядываешься назад, пролетает. Так можно, наверное, сказать. — Ты вышла из колонии, всё, позади этот период жизни. Сейчас надо целый год отмечаться. Но первые твои три дня дома. Успела ты встретиться с друзьями, кого-то увидеть? Я понимаю, мама, папа — это самое главное.— Ты сейчас где живешь?— Думаю, да. Но, я думаю, к папе буду часто ездить. В том числе на дачу.— Очень мимолётно. Кто-то на полчаса заехал, кто-то позвонил, кто-то вчера в гости приезжал вечером. Пока только так. Очень много звонили, писали.— Сложно кого-то конкретно выделить.— Да. Это, наверное, было для меня самое тяжёлое. Я там работала на швейной фабрике, в раскройном цехе. И работа занимала восемь-девять часов каждый день. Грубо говоря, большую часть дня. Работа для меня была достаточно механической, голова при этом занимается своими делами, так скажем. И очень много в этот момент я думала о том, что тогда происходило, почему это происходило. Это очень тяжёлые мысли, они идут по кругу. Порой до преддепрессивного состояния тебя доводит. Потому что ты из этой ситуации не можешь вырваться. Ты не хочешь об этом думать, ты хочешь это перелистнуть, а оно всё равно над тобой. И я понимаю, что никогда не смогу оставить эту историю позади, что она всегда будет частью меня., что хочешь быть максимально открытой. Что ты имела в виду? — Я не специально, конечно, так сказала. Но сейчас я думаю, что есть много уровней открытости. Во-первых, какая-то эмоциональная открытость. Я была очень замкнутым человеком, а сейчас я понимаю, что важно говорить о своих эмоциях, о своих чувствах, даже каких-то сиюминутных. И положительных, и отрицательных, и обязательно делиться этим с друзьями, с родителями. И пусть кажется, что это глупо. И пусть кажется, что это наивно. Но, если ты это скажешь, тебя выслушают, поймут, может, что-то посоветуют. Иногда бывает, что ты просто что-то вслух озвучиваешь — и ты понимаешь, что это не проблема даже, это какая-то ерунда, что можно даже не думать об этом. Конечно, это открытость, касаемо тех же соцсетей, того же общения с журналистами. Первая открытость — это открытость моя внутренняя. А это открытость публичная, чтобы обычные люди меня могли увидеть. К сожалению, я не скажу, что мне это важно, что мне это нравится. Но я хочу показать себя не такой, какой меня, может быть, изначально показывали, а такой, какая я есть.Московский окружной военный суд приговорил Варвару Караулову к четырём с половиной годам заключения в колонии общего режима за попытку...— Тяжело сегодня на пресс-конференции.— Я понимаю, что журналисты тебя замучили. Но что главное ты хотела бы им сказать?— Да. Ты же через журналистов несёшь какую-то определённую мысль. Для тебя она важна. Ты же не просто так с нами общаешься. Что главное, что ты бы хотела нам сказать?— Честно говоря, не знаю, как на этот вопрос ответить. Мне сложно это сформулировать.— Они же не для журналистов, они для людей, которые по ту сторону телеэкранов, мониторов компьютеров. Для меня, как бы цинично ни прозвучало, журналисты в данном случае являются… — Средство передачи информации — о том, что ты другой человек? Или о том, что ты раскаялась? Или о том, что ты хочешь рассказать свою историю? Или о чём? — Я думаю, всё вместе. Чтобы и моя история была каким-то своеобразным уроком. Даже не столько касаемо ИГИЛ*, сколько касаемо каких-то простых взаимоотношений в семье, взаимоотношений с людьми. Это и моя глубоко личная история, моя и моей семьи, которую мне хочется показать, рассказать. И, конечно, чтобы люди просто увидели меня и не боялись.— Да, я понимаю, что моё имя идёт впереди меня. И я от этого не избавлюсь. И я ничего с этим не сделаю. И поэтому мне очень важно, что стоит за этим именем. — Хорошо, такой вопрос, по поводу будущего: ты говорила об образовании, может быть, Instagram, YouTube, но ничего конкретно. Ты знаешь, что есть такая вещь, как Telegram, например? — Да. Насколько я понимаю, что это мессенджер, Telegram. Очень сложно говорить о каких-то конкретных планах. Пока это просто разрозненные мысли.— Книга, сценарий, ещё что-то. Или это тоже пока очень размыто? — Да, очень бы хотелось. И я считаю, что это было бы очень полезно в каком-то глобальном смысле. Но пока это общий список того, что можно было бы сделать, что было бы хорошо сделать. Но непонятно, в какой последовательности за это браться. — Хорошо, сменим тему. Твоя собака. Ты даже показывала на пресс-конференции рисунки, которые тебе сделали в подарок, рисунок твоей мамы, рисунок твоей собаки, которая для тебя очень много значит. Это действительно очень близкое для тебя существо. Как тебя встретила твоя собака? — Мама вместе с ним приехала в Вологду. Он был в таком шоке от дороги, от нового места, что он, конечно, растерялся. В начале, мне кажется, он на этой волне не совсем понял, что происходит. Нет, безусловно, он как-то был рад. Но он в таком был смятении, что толком было непонятно. Но, когда мы приехали домой, я даже начала переживать, что, может, он не совсем меня узнал. Он очень не любит ночевать один. Обычно он ночевал со мной, когда меня не было, ночевал у мамы. В первую же ночь, когда я вернулась, он ночевал у меня в комнате. Я проснулась от ощущения его пристального взгляда на себе. Он знает, что меня будить нельзя. Но он просыпается, и я знаю, что он сидит и смотрит на меня, ждёт, когда я проснусь. Сегодня я уже проснулась с этим взглядом, и я поняла, что он меня вспомнил и рад меня видеть. — Это очень хорошо. Классно, что вспомнил. Я представляю, что ты переживала, что он тебя может не вспомнить. Хотя собаки — они же помнят всегда… — У меня было двоякое ощущение. С одной стороны, хотелось, чтобы он меня помнил. А с другой стороны, я думала о том, что, может быть, было бы лучше, чтобы он меня забыл. Очень сложно понять, что у собаки внутри. Но чтобы он не переживал всё это время. Ему же не объяснишь, что это не я его бросила, что такие обстоятельства, что собака переживает.Всегда будем искать: Родители разыскивают сына, предположительно сбежавшего в ИГ с женой и дочерью Боевики «Исламского государства» не только захватывают новые территории Ирака и Сирии, но и продолжают активно вербовать сторонников... — Меня все в моей семье поддержали. Потому что первое время в СИЗО очень тяжёлое. Когда я просто не понимала, что происходит по ту сторону. Я очень переживала относительно того, как моя семья к этому отнесётся, как мои знакомые к этому отнесутся. Но, когда я начала получать первые письма, первые слова поддержки, я поняла, что вся моя семья верит в меня и они меня ждут дома. И я не могу даже выделить кого-то конкретно. — Что бы ты посоветовала тем родителям, которые ищут своих детей, ждут, возможно, не могут простить? Таким же девушкам, как и ты? К сожалению или к счастью, твоя история вызвала резонанс. Но есть другие девочки, которые так же были обмануты, как и ты... — Родителям я хочу пожелать понимания к своим детям. Не теряйте любви к ним. Потому что вы всё-таки маяк для них, по которому они ориентируются. Возможно, тот факт, что вы их любите, может их вернуть домой, вернуть их на правильный жизненный путь. Даже если кто-то заслуженно или незаслуженно попал в колонию, это тоже не говорит о том, что жизнь кончилась, что на человеке можно ставить крест. Человек всегда остаётся человеком. Возможно, не хватает внимания, любви. И, конечно, я желаю им большого-пребольшого терпения.— У меня, к сожалению, было очень много времени об этом думать, обо всей этой истории. Конечно, больше всего я знаю о своей истории и не могу судить о том, насколько она похожа или не похожа у остальных. Но наше общество в глобальном, конечно, смысле, очень патриархальное, такое очень сложное слово получается. Женщины у нас очень ориентированы на мужчин. Вплоть до того, что одинокая женщина может иметь замечательную карьеру, может даже иметь детей. Но, если у неё нет мужчины, хоть какого-то, она уже в какой-то степени не состоялась. Возможно, так и получается, что женщины, которые в том числе за своими мужьями едут, они настолько за них держатся. Я знаю, что некоторые не верят и не понимают этой идеологии, не понимают, зачем туда ехать. Как бы муж сказал — какие могут быть разговоры. И очень важно верить в себя. Ты, твоё слово — оно значимо. Если он говорит: «Надо ехать», ну и что? Какая разница, что он сказал? Ты можешь жить без него, ты будешь жить без него. Возможно, что лучше будешь жить без него. Ты, может быть, более достойный человек, чем он. Очень важно никогда не ориентироваться на чужое мнение, никогда не игнорировать своё собственное мнение. Зачем вам такой муж нужен, чтобы был какой-нибудь? Лучше жить одной и реализовывать себя, чем быть непонятно с кем, непонятно где, подвергать риску своих собственных детей. Непонятно для чего. Я, конечно, понимаю, что вообще эти истории чаще происходят на Северном Кавказе, где общество более традиционное, чем в европейской части России. Но там тоже мужчины бывают разные. Если, например, твой муж считает, что надо бросить всё и уезжать строить непонятно где какое-то непонятное — в кавычках, конечно, светлое — будущее, есть, грубо говоря, на соседней улице замечательный парень, который втайне в тебя влюблён, который не считает, что надо ехать.— Да. И переосмысление всей истории. И весь мой тяжёлый судебный процесс, когда мне приходилось говорить. И общение с журналистами. И даже в том числе переписки, когда мне просто очень много мыслей приходилось излагать, очень много приходилось переосмысливать. Я считаю, произошедшее со мной связано с моей на тот момент достаточно низкой самооценкой, неуверенностью в себе. Поэтому я примерно представляю, о чём я говорю.Выделите её и нажмите «Ctrl + Enter»
United States Latest News, United States Headlines
Similar News:You can also read news stories similar to this one that we have collected from other news sources.
Полицейские нашли украденную из православного храма в Москве иконуИсточник ТАСС сообщил, что большой материальной ценности она не представляет
Read more »
Людмила Нарусова голосовала против закона о «суверенном рунете». Ее голос не учли из-за сбоя в системе
Read more »
МИД России назвал приговор Бутиной позорным пятном на судебной системе СШАВ МИД России назвали приговор Марии Бутиной позорным пятном на американской судебной системе:
Read more »
Отец Марии Бутиной заявил, что она не намерена оспаривать решение судаОтец Марии Бутиной заявил, что она не намерена оспаривать решение суда:
Read more »
Слезы Пугачёвой и смерть Фриске: ушедшая в монастырь певица раскрыла тайны звездПевица и светская львица Юлия Матвеева исчезла из Москвы много лет назад. Никто не знал, что с ней случилось, многие считали, что ее уже нет в живых. На самом деле она ушла в монастырь. На Святой земле она спряталась от суеты и соблазнов, которые когда-то едва не погубили ее в Москве. Впервые матушка Ефросинья рассказала, как приняла это решение и что теперь думает о бывших коллегах.
Read more »
Ержан Максим не обижается, что не занял первое место в финалеГолос.Дети - РИА Новости, 29.04.2019
Read more »
Караулова заявила, что стыдится своей попытки присоединиться к ИГОсужденная за попытку примкнуть к террористической группировке россиянка надеется, что 'таких желающих больше нет', а ее история стала показательной
Read more »
Карауловой стыдно за то, что она хотела примкнуть к ИГБывшая студентка МГУ имени Ломоносова Варвара Караулова, осужденная за попытку примкнуть к террористической организации 'Исламское государство' (запрещена в России) и вышедшая по УДО, назвала проведенное в колонии время тяжелым, но необходимым опытом, и рассказала, что писала в заключении сценарии и рассказы, передает РИА Новости.
Read more »
Караулова: хочу верить, что моя история стала показательнойВарвара Караулова, осуждённая на 4,5 года за попытку присоединиться к группировке «Исламское государство» (ИГ)* и к настоящему времени вышедшая из тюрьмы по УДО, в ходе пресс-конференции в Москве дала совет девушкам, которые хотят повторить её историю.
Read more »
Минюст отказал «Открытой России» в регистрации
Read more »