Портрет актрисы Людмилы Максаковой, известной своей преданностью театру, любовью к работе и азартом. Вспоминаются яркие моменты из ее жизни и работы, включая сотрудничество с Петром Фоменко.
Лучше всех, кажется, ее понимала долгожительница Вахтанговского Галина Львовна Коновалова, уверявшая, что самая преданная артистка театр а — это именно Максакова. «Даже если ее разбудить ночью и спросить: «Что ей нужно — дети, внуки, личное благосостояние», она назовет только две вещи — утром репетировать, вечером играть».
Людмила Васильевна — игрок, и еще какой азартный, — на сцене и в жизни, которую она любит театрализовать. На гастролях легкая, как будто забывшая о своем статусе примы.— Мы были на фестивале в Румынии со спектаклем «Минетти» и пошли с Людмилой Васильевной прогуляться по старинному городку. У нее сломался каблук на босоножке. «Ерунда, — сказала она, — надо пойти купить новые», и мы до магазина шли так: она выбрасывала вперед босоножку, мы до нее доходили, я поднимал, и босоножка летела дальше. Так и дошли до магазина. А на обратном пути я предложил все-таки взять такси, на что Людмила Васильевна сказала: «Просто так взять такси может каждый, а ты придумай, как это сделать интересно. Вот Фоменко бы придумал». Петр Наумович Фоменко — известный театральный хулиган, родственная ей душа. С ним она выпустит несколько ярких работ. Ее Коринкина в «Без вины виноватые» — редкостная стерва, но чертовски хороша, обаятельно поет: «Дай на тебя мне посмотреть/Один хоть раз и умереть…» — это зрелая Максакова. «Людмила Максакова — моя любимая актриса, — признавался Петр Фоменко. — Она мастер. Может работать без устали двадцать четыре часа в сутки, а может, смертельно устав, продолжать работать, репетировать, репетировать… Никогда не думает о медных трубах грядущих премьер, результат ей менее интересен, чем процесс. С ней легко, потому что в работе она бесстрашна, любит эксперименты, мгновенно откликается на любой самый авантюрный сумасшедший режиссерский проект, если доверяет режиссеру. Тогда она открыта, восприимчива, включает свой абсолютный слух, свою необыкновенную пластику и может стать одновременно блистательной, победительной королевой и шутом, и клоуном и паяцем, блудницей и святой, очаровательно капризной и романтически-нежной, лиричной. Работать с этой актрисой подлинная радость!». А вот она — дебютантка в «Стряпухе замужем» . Ее танцевальный дивертисмент с Юрием Яковлевым, их молодое, сногсшибательное обаяние, да и всего ансамбля, спасает глуповатую драматургию того времени.И небо синее вдруг закачается,Распевают они на два голоса. Куплеты тут же переходят в канкан под гармошку , но не тот отточенный в движениях, как в мюзик-холле, а мягкий, с юмором, но на скорости, как умели делать только в оперетте. Номер в середине акта они на премьере «Стряпухи» играли на бис. И это означало, что действие останавливалось, и артисты снова повторяли для публики канкан. Она — великолепная Маша в «Живом трупе», страстная и лучшая за много лет Адельма в «Принцессе Турандот» Ее блистательные роли в театре рождены в творческом союзе с Рубеном Симоновым, Александрой Ремизовой, Евгением Симоновым, Мирославом Беловичем, Александром Белинским, Романом Виктюком, Петром Фоменко, Эймунтасом Някрошюсом, Римасом Туминасом… В кино — с Григорием Чухраем, Иосифом Хейфицем, Игорем Таланкиным, Петром Тодоровским, Андреем Смирновым… Она считает своим долгом передать их уроки своим ученикам! Римас Туминас называл ее «Мой талисман». «Когда Максакова на сцене, я спокоен. Она — стержень спектакля. Она — прекрасна! Восхищаюсь, не перестаю ей удивляться и преклоняюсь перед ней». Отношения с худруком театра Римасом Туминасом для нее были не прогулки по Булонскому лесу, а как скачки с препятствиями. Называла его «благодетелем» . А «благодетель» ей подыгрывал: «Кланяйся, кланяйся, я это люблю». «Тут главное с лошади не упасть», — резюмирует она. Сыграла у него в шести спектаклях, и объем предложенных худруком ролей ее не смущал. «Маман, так маман», — сказала, получив небольшую роль Марии Васильевны в чеховском «Дяде Ване». А у дамы в черном из спектакля-манифеста «Минетти» текста до обидного мало, а роль впечатывается в память. Ее Перонская — поджигательница Москвы со спичкой в руке — гротесковый выход в третьем акте всего на семь минут. Но зато какой!Наконец, в 2022 году сыграет Марию Каллас в спектакле «Мастер-класс» по пьесе американского драматурга Терренса Макнелли в постановке Сергея Яшина. Вот где так пригодится ее светская, порой убийственная ирония. Актриса настолько сольется со своей героиней, что кажется, будто не великая оперная дива XX века, гречанка Каллас дает мастер-класс, а народная артистка России Максакова. Эта ее ирония переходит в сарказм. И только она с ее опытом и профессионализмом на фразу молодой артистки: «Я буду стараться» имеет право не без снисхождения возразить: «Сцена — не место для стараний». И еще, что «искусство — это умение подчинять. Зритель — это враг, которого надо победить». И тут Людмила Васильевна — победительница: ведь не Каллас, а она сама побеждает, с легкостью убрав дистанцию между собой и публикой. Иронично говорит об успехе и провале, о вкусе и стиле, о зрителях, перед которыми артисты обнажают душу, а те в ответ: «чаво-чаво»… Кто-кто, а уж она имеет право на такой посыл. Изысканная ирония усиливает смысл текста и добавляет ему яркости и театральности. Ее шутки небезопасны, на грани, но поданы с непобедимым шармом в диалогах с молодым и робеющим перед ней концертмейстером Мэнни Вайнштоком .Ценность работы актрисы еще и в демонстрации мастерства: «Подавать голос надо, как через речку», — учил Вахтангов своих учеников, и, спасибо Максаковой, теперь мы понимаем, как это — «через речку» голос артиста может лететь в зал. Даже тихо произнесенный и не усиленный микрофоном.— Людмила Васильевна может быть уставшей, может плохо себя чувствовать, — считает Мария Волкова, — но если ей сказать: «Людмила Васильевна, давайте на сцену», тут же вскочит и побежит. И этот вахтанговский фейерверк, который в ней заключен, для меня как хорошая путеводная звезда.— Нас же как учили — священнодействуй или убирайся вон, — говорит Людмила Максакова. — Все наши учителя из театра вообще не выходили: Рубен Николаевич сидел с утра до ночи в ложе, или ходил по театру. У них вообще ничего другого не было: жили рядом, отдыхали вместе, и как они друг другу не надоедали, никто не понимал. И нас они также воспитали — что, кроме театра, ничего нет. С утра — в театр, спектаклей по 20–30 в месяц играли, в «Золушке» прыгали, скакали, а вечером — разные роли. И таким образом проскакали. Элегантна во всем — в манере одеваться, иронизировать, в верности жизненному кредо — «noblesse oblige» и «умри, но держи фасон». Не любит шумихи и суеты вокруг своей персоны.— Мы много были с ней на гастролях, и я ни разу от нее не слышал, что не тот отель, не тот номер, не тот вид из окна и вообще все плохо. Если Людмилу Васильевну что-то не устраивает, она сама подойдет на ресепшен и попросит, что нужно. Никаких претензий и звездных закидонов при ее-то статусе, светскости, при всех знакомствах с сильными мира сего. Она отменяет юбилеи, манкирует тусовки по случаю . Зато театр не позволит себе проигнорировать круглую дату своей примы. День своего рождения Максакова отметит, естественно, на сцене — в спектакле «Королева-мать». Это довольно непростая психологическая драма, где актриса азартно играет с молодыми и демонстрирует исключительную форму. Профессиональную и физическую. Ну а то, что устроят своей королеве коллеги, она узнает прямо на сцене.
Людмила Максакова Театр Актер Петр Фоменко Вахтанговский Театр